Ожидаемые всем миром переговоры по заморозке нефтедобычи в Дохе окончились невнятным провалом.

Нефтяные «качели» продолжают будоражить мировую экономику. То цена на «черное золото» резко падает, то так же резко растет. Причем и первый, и второй вариант вызывают на фондовых биржах панику, дестабилизирующую и без того до безобразия нестабильную экономику планеты. Одни несут убытки от низких цен, а другие – от слишком высоких. Удивительно то, что оба варианта оказывают негативное влияние на весь мир, затягивая его все глубже в «сырьевой кризис», который достиг в 2016 году небывалых масштабов. И наиболее ярко он прослеживается в нефтяной сфере.

Предыстория «сырьевого кризиса»

Падают цены буквально на всё: руда, металл, уголь, нефть, газ и т.д. Поскольку именно на экспорте этих товаров была основано большинство «развивающихся» экономик, к которым можно причислить и всех нефтепроизводителей, то масштабы кризиса поистине огромны – никакой «финансовый кризис» 2008-2009 годов и «рядом не стоял». Это при том, что тот кризис сам по себе и стал причиной нынешнего обвала сырьевых экономик. Но финансовый кризис был в первую очередь связан с «перепроизводством долгов» «развитых» стран, где в 90-е годы была придумана концепция жизни в долг целыми странами – чем больше берешь – тем больше вкладываешь в производство, тратишь на социальные нужды, развиваешь новые технологии и т.д.

Переговоры по заморозке нефтедобычи
Переговоры по заморозке нефтедобычи (Источник: http://www.theguardian.com/)

Следовательно – стремительно богатеешь на «пустом месте». Страны Запада не столько развивали реальный сектор экономики, сколько выбрасывали на рынок массу «виртуальных» активов, которые после торгов на биржах обрастали такими же «виртуальными» процентами. В двухтысячные, подражая им, также стали вести себя и «развивающиеся» страны. Но рано или поздно любая основанная на долгах экономика вынужденно рушиться. Так произошло и на этот раз – «финансовый пузырь» лопнул, как и мировое благосостояние. Это ввергло планету в череду других кризисов, одним из которых стал сырьевой.

Хорошо, если ко времени «схлопывания пузыря» экономика конкретной страны будет готова – проведет модернизацию основных фондов, накопит золотовалютные резервы, сделает реформы экономики, перейдет на информационные технологии, оптимизировав все процессы в стране и т.д. Но если нет? Если этого не произойдет, то такая страна станет «заложником» своих кредиторов, которые смогут ей управлять. Чужое влияние, какими бы эти «чужие» ни были честными и прекрасными, все равно остается внешним. То есть любое иностранное правительство будет отстаивать в первую очередь свои собственные интересы, а затем уже «сателлита».

Финансовый кризис привел к тому, что многие страны, как «развивающиеся», так и «развитые» фактически лишись своего суверенитета, попав под контроль кредиторов. Однако это не понравилось местным политическим игрокам, что вылилось в «тектонические» сдвиги в мире. Кризис европейских стран едва не привел к распаду ЕС (впрочем, британский референдум о выходе из ЕС еще не произошел). Германия и другие крупные экономики ЕС начали тратить свои средства на «поддержку» других стран. Поддержка эта касалась не столько помощи обедневшим грекам или итальянцам, сколько центробанкам этих стран, которые должны были вернуть немцам просто заоблачные суммы по старым займам. В это же время «развитые» страны (в первую очередь США, Германия и Франция) стали отчаянно искать новые рынки. Но их давлению сопротивлялись старые лидеры, которые не желали превращать свои государства в рынки сбыта дешевой и некачественной европейской продукции (дорогая там была бы слишком дорогой).

В этой связи западные лидеры стали активно вмешиваться во внутренние дела своих «партнеров» (в первую очередь на Ближнем Востоке), где традиционно поддерживали «светскую оппозицию», кто бы на самом деле не скрывался за этой «светскостью» (с тех пор едва ли не половина всех «светских» сил были признаны террористическими и исламистскими группировками). Однако процесс был запущен – так при поддержке ЕС и США, легализовавших «народные восстания» началась дезинтеграция Северной Африки и Ближнего Востока.

Переговоры в Дохе
Переговоры в Дохе (Источник: http://inteligenciapetrolera.com.co/)

Первоначально это было многим выгодно, т.к. цены на нефть стали стремительно расти – боевые действия проходили как раз в местах добычи нефти и газа. Однако затем стало ясно, что своим неразборчивым покровительством «светских сил», борющимся с диктаторами, они открыли «ящик Пандоры», выпустив в мир и тот же ИГИЛ, «Джебхат ан-нусра», как до этого «Аз-Завад» в Африке, «Боко Харам», «Аль-Каиду в странах Магриба» и прочих (всех не перечесть). Затем этот же «инструмент» взяли на вооружение в Москве, Пекине, Тегеране и других странах. Процессы, аналогичные Ливии и Сирии (пусть и в меньших масштабах) начались по всему миру, не обойдя постсоветские страны и Латинскую Америку.

После первоначального подъема мировой экономики в 2010-2012 годах, пришел спад 2013-2016 годов. Из-за нестабильности по всему миру, люди стали меньше покупать. Чем ниже спрос – тем меньше нужно заводов, для производства товаров. Падает производство – падает спрос на сырье. Получается замкнутый круг – чтобы выйти из кризиса перепроизводства, нужно повысить масштабы производства, т.к. это перезапустит мировую экономику. И больше всего пострадала от этого китайская экономика. «Мировая кузница», потреблявшая в последние годы «львиную долю» всего мирового сырья, начала замедлять свой рост, «охладив» экономику всей планеты.

«Пауки в банке с нефтью»

Это в итоге вылилось в необходимость «тушить пожар» тем же, кто его и запустил – Вашингтону, Брюсселю, Москве, Дохе, Анкаре и Тегерану. А казна-то у всех после кризиса пуста. Это вынудило повышать налоги, идти на реструктуризацию долгов, а также на прямую военную интервенцию в «подопечные» страны, для вытеснения оттуда конкурентов («мирное урегулирование» каждая из сторон видела в победе над противником – быстрой и бескровной). Это же вынуждены были сделать и все остальные крупные мировые и региональные игроки. Это все произошло еще в прошлом году, но серьезные противоречия и отсутствие координации своих действий лишь еще сильнее ухудшило мировую ситуацию в экономике. Лишь в этом году Россия, США, страны ЕС и другие влиятельные страны начали хоть как-то взаимодействовать между собой по всем мировым проблемам.

Одним из таких примеров взаимодействия стали переговоры между крупнейшими нефтедобытчиками, которые последние месяцы проводят консультации в очень интенсивном режиме. К ним относятся Саудовская Аравия, Катар, Венесуэла, Россия, Иран (вместе с подконтрольными Ираком и Сирией) и пр. Все эти страны с «развивающейся» экономикой в разной степени пострадали от сырьевого кризиса. Если Саудовская Аравия его практически не заметила (хотя заявила о переориентации экономики на альтернативную энергетику и религиозный туризм), то Венесуэла оказалась в шаге от голода в стране (не говоря уже о едва ли не ежемесячных попытках «Майдана»). На фоне последней даже экономический кризис и обвал валюты в России кажутся мелкими и несущественными проблемами. Впрочем, как Саудовская Аравия, так и РФ смогли выдержать до сих пор без более значительных потерь лишь из-за крупных резервов, накопленных в годы благоденствия. Но если СА может похвастаться практически бездонными резервами, то российские, судя по всему, уже на исходе. Об этом говорит хотя бы то, что Кремль пошел на масштабную приватизацию самых ценных ресурсов, а также на поиск внешних кредитов, которые, впрочем, пока давать никто не спешит – из-за санкций Запада.

Встреча в Дохе по заморозке нефтедобычи
Встреча в Дохе по заморозке нефтедобычи (Источник: http://www.publico.es/)

Последний абзац очень ярко демонстрирует, насколько весь мир погряз в противоречиях. Те же Саудовское Королевство с Катаром и Иран являются непримиримыми врагами, которые находятся в шаге от объявления войны. Тут примешиваются противоречия не только по линии сунниты-шииты, но и экономические интересы на Ближнем Востоке. Не лучше у СА отношения и с Россией. Власть Венесуэлы вообще всех считает безответственными капиталистами (в стране формально социализм). На эту же ситуацию косвенно влияют США, Китай, Турция, ЕС и пр. Прошедшие в понедельник в Дохе переговоры между нефтепроизводителями можно назвать так: «как пауки в банке». Это, в значительной степени, предопределило их итог.

Доха как катализатор

Для чего такое пространное объяснение? Потому что сама по себе информация о переговорах в Дохе может уместиться в одну строку: стороны договорились о заморозке добычи, но только если все остальные на это согласятся. Если убрать дипломатические реверансы, то, по сути, переговоры провалились – очевидно, что пойти на заморозку могут далеко не все. Объяснение же показывает, насколько эта встреча была важна. Фактически, от результатов переговоров зависела судьба всего мира, потому как непримиримые враги могли пойти на уступки, перезагрузить мировую экономику и дать хотя бы надежу на скорейшее угасание пылающих по всему миру конфликтов и кризисов. Однако не срослось… И все по тем же политическим причинам.

От участия в переговорах отказался Иран, а также его «младшие партнеры» в Ираке. В результате западных санкций, активно поддерживаемых саудитами и катарцами, Тегеран потерял свой рынок, из-за чего разразился небывалый экономический кризис. Теперь Иран намерен вернуть утраченное, а заодно и вытеснить из традиционных рынков своих суннитских конкурентов. Понимая это, Доха и Эр-Рияд заявили, что пойдут на заморозку, только совместно с Ираном, ведь иначе они проиграют политически своему давнему противнику, который совместно с Россией и так перешел в наступление в Сирии и Йемене (в последнем случае уже без РФ). Более того, в Тегеран началось настоящее «паломничество» европейских лидеров, готовых пойти на многое, ради получения доступа к неосвоенному иранскому рынку и получению дешевой иранской нефти. А сырье там действительное дешевое – Тегеран специально демпингует, продавая сырье дешевле, чем у прямых конкурентов. Учитывая то, что ранее для него эти рынки вообще были закрыты, Тегеран от обвала цен ничего не теряет.

Совсем иная ситуация у всех остальных. Дальнейшее увеличение нефтедобычи ведет к обвалу цен, что им не выгодно. Но сокращение добычи, ведет к сокращению объемов продаж. То есть тоже невыгодно. Фактически, ни одно из доступных решений странам ОПЕК и России не выгодно. И действенного рецепта по выходу из сырьевого кризиса у них нет.

Откровенным признанием этого факта, а также степень взаимного недовольства является то, что аравийская делегация уехала из Дохи еще в 3 часа ночи 17 апреля, не дожидаясь, собственно, переговоров. Причина – позиция Тегерана. Эр-Рияд не может позволить себе сделать противника сильнее. Особенно на фоне краха просаудовской и протурецкой «светской оппозиции» в Сирии, которую уже практически уничтожили с трех сторон: правительственная армия при поддержке России, курдское ополчение при поддержке США, и отряды «Исламского государства», негласно поддерживаемые спонсорами из тех же Саудовской Аравии, Катара и прочих суннитских стран. С этими спонсорами правительства ничего не могут сделать (как найти спонсора в стране миллионеров, где каждый житель может финансировать небольшой отряд наемников?).

Судя по информации западной прессы, аравийским делегатам позвонил среди ночи лично Салман Мохаммед бин Салман – любимый сын короля («любимый сын», «любимая жена» и пр. в арабской традиции является полуофициальным титулом) и заместитель наследного принца. Грубо говоря, им позвонил куратор всей саудовской экономики, и сказал срочно оттуда убираться, т.к. с Тегераном договориться не удалось.

Заморозка нефтедобычи
Заморозка нефтедобычи (Источник: http://www.argentinashale.com/)

Важно, что в геронтократической Саудовской Аравии роль «куратора» на себя недавно примерил Салман Мохаммед бин Салман, которому всего 30 лет. Он со всем своим пылом «ворвался» в политику и международную экономику. Именно ему приписывают попытки переориентировать сырьевую экономику королевства на высокотехнологичные «рельсы», развить альтернативную энергетику, туризм и пр. Его вмешательство на самом деле вызвало некоторую оторопь (если не сказать шок) у всех остальных участников встречи. Дело в том, что заморозка добычи нефти до октября была согласована на высшем уровне, и это соглашение делегатам следовало лишь завизировать. К этому были готовы все. Министр нефти Венесуэлы Еулохио дель Пино даже заявил Financial Times, что подписать договор все обязались в течение часа, чтобы не терять времени. И в первую очередь – саудовская делегация, которая непосредственно над текстом договора и работала. Однако в последний момент аравийцы сорвались и уехали из Дохи, оставив только небольшое представительство, чтобы окончательно не обижать своим поведением партнеров по переговорам.

Еще большее негодование это вызвало в арабском мире. В Саудовской Аравии действует давнее правило: политика отдельно, а нефть и экономика – отдельно. «Любимый сын» едва ли не впервые за долгие десятилетия эту традицию нарушил, смешав свои политические претензии к Ирану с урегулированием нефтяного кризиса.

Чего ждать?

Почти все в мире оказались в растерянности после такой странной встречи. Это проявилось и на нефтяных котировках: сначала нефть Brent начала расти, а WTI падать, а затем наоборот. После чего начались настоящие «качели» с противоречивыми трендами, что говорит о полной растерянности на рынке углеводородов.

В Иране вновь подтвердили свое намерение нарастить уровень добычи нефти. Вслед за Тегераном за это же высказалась и Москва с Каракасом. Эр-Рияд тоже выразился в том плане, что в одиночку не будет бороться с мировыми ценами на нефть. Фактически, стороны вернулись к тому, с чего начинали. Также, как и цены на нефть – только за 20 апреля они упали на 2%. Судя по всему, этот тренд сохранится в ближайшем будущем.

А что же Украина? Как ни странно, но провал переговоров в Дохе для Украины является огромной удачей (в последние годы такое бывает редко). После обвала гривны и всей промышленности, любое, даже самое незначительное, повышение цен на нефть грозит ухудшением украинского кризиса. Так что на этот раз украинцам можно вздохнуть с облегчением. Надолго ли? Вопрос…