Из обещанных 7,7 миллиардов «коррупционных доходов» в казну вернули менее 80 тысяч гривен.

В СМИ попало официальное письмо активистам от Министерства финансов, в котором указано, что в этом году в бюджет поступило лишь 77 тысяч гривен, вместо декларируемых властью 7,7 миллиардами гривен. Копию документа предоставил эксперт по противодействию коррупции Центра «Эйдос» Глеб Каневский, а распространил ТСН.

Письмо, которое является официальным ответом на запрос Каневского, содержит краткую справку по поступлениям в бюджет с конфискации доходов, полученных коррупционным путем. Там, в частности, говорится, что на 1 апреля этого года фактическая сумма поступлений составила «77,4 тыс. грн конфискованных средств и средств, полученных от реализации имущества, конфискованного по решению суда за совершение коррупционного и связанного с коррупцией правонарушения». Письмо подписано заместителем министра финансов Романом Качуром.

В документе также указано, что план на этот год составляет 7,7 миллиардов гривен, то есть по 2 миллиарда гривен в квартал. Этот план, очевидно, уже сорван, хотя Кабмин при верстке бюджета и согласования его в декабре с депутатами Верховной рады возлагал большие надежды на «латание бюджетных дыр» именно за счет «коррупционных доходов».

По словам Каневского, если полученную сумму перевести в доллары, то получится около 3 тысяч. Это говорит о том, что «правительство вместе с правоохранительными органами не успевают за бюджетным планом».

Это мнение подтверждает и информация по аналогичным доходам в прошлом году, которая также содержится в письме. Там указано, что при плане в 1,5 миллионов гривен, в 2015 году было получено всего 100,1 тысяч гривен. Какие были основания у Кабмина повышать план до 7,7 миллиардов в 2016 году, если в прошлом не было получено даже 1 миллиона гривен, не сообщается.

Эта ситуация вызвала негодование в социальных сетях, где было высказано мнение, что эти деньги если и изымаются у коррупционеров, то до казны не доходят.

Каневский видит причину в другом – словосочетание «присвоение коррупционными методами» в законодательстве отсутствует, поэтому в эту графу бюджетных поступлений попадает лишь незначительная часть конфискованных средств и имущества. При этом оценить реальные масштабы бюджетных поступлений в рамках борьбы с коррупцией проблематично. Усугубляет дело и то, что конфискованные средства могут возвращаться не только в бюджет, но и на счета предприятий, с которых были украдены, и, соответственно, в статистике они не учитываются. Эта коллизия, по словам эксперта, исправлена Кабмином, что, впрочем, на конечную сумму поступлений не повлияло.