СНБО рассекретил текст стенограммы своего заседания, посвященного захвату Крыма Россией.

Фрагменты этого документа обнародовал в соцсетях народный депутат Борислав Береза. Позднее общественности стал доступен полный текст стенограммы.

На заседании Совета национальной безопасности и обороны от 28 февраля 2014 года решалось, как украинская власть должна отреагировать на действия России в Крыму. Тогда, напомним, после Майдана в Киеве начались пророссийские народные волнения в АРК. Вслед за этим были созданы отряды «самообороны Крыма», которые захватили админздания. После этого на территорию полуострова вошли вооруженные люди без опознавательных знаков. Затем прошел непризнанный Украиной референдум.

Так происходил процесс «аннексии» украинской автономной республики, как это юридически оформлено в отечественном законодательстве, или «воссоединения», как это преподносит Москва. Позднее Владимир Путин признавал, что Кремль изначально руководил процессом «воссоединения». Однако на момент заседания СНБО – 28 февраля, все это еще не произошло – процесс тогда еще только начинался. Тогда эта история еще не была написана, и судьба Украины и, во многом, России была в руках пятидесяти членов Совета.

Стенограмма показывает, кто и что говорил во время обсуждения реакции на российскую агрессию. Так, Арсений Яценюк выступал за политическое решение «крымского вопроса» т.к. новая тогда еще власть не имела ни боеспособной армии, ни достаточных денежных ресурсов. Судя по стенограмме, премьер поддерживал вариант расширения автономии для властей полуострова, поскольку введение военного положения и нападение на российский контингент в Крыму грозило не только полномасштабной войной с РФ, но и этническим конфликтом на материковой Украине. При этом расширение прав он видел только как «крайнюю меру». Впрочем, все эти действия по «умиротворению» пророссийски настроенных крымчан и граждан Украины он видел только как способ «тянуть время», до тех пор, пока в стране не будет «реанимирован» силовой блок и «восстановлена элементарная власть».

Против активных действий выступил тогда и глава СБУ Валентин Наливайченко. Он привел информацию американской и немецкой разведки, которые утверждали, что ситуация с Крымом планировалась Владимиром Путиным как повод для полномасштабного сухопутного вторжения в Украину. При этом иностранцы настоятельно рекомендовали Киеву «не начинать никаких активных действий» чтобы не провоцировать Москву. Поддержал эту позицию и глава Минобороны, который заявил, что на момент кризиса 2014 года в его распоряжении в Крыму было всего 1,5 – 2 тысячи солдат, в то время как остальные лояльны Киеву не были. К тому же те, что были верны присяге, по словам главы военного ведомства, были готовы не к наступлению, а только к тому, чтобы «не сдаться».

За введение военного положения и агрессивный ответ России выступил только спикер и исполняющий обязанности президента Александр Турчинов. Он же этот вопрос поставил на голосование СНБО и получил только один голос в поддержку – свой собственный. Остальные, принимая во внимание обстоятельства, открыто выступать против России опасались.

Наиболее миролюбиво тогда была настроена Юлия Тимошенко. Хотя по закону она не обязана была участвовать в заседании СНБО, т.к. не являлась его членом, однако её специально туда пригласили как авторитетного политика. Она выступила категорически против введения военного положения. Более того, она призывала не допустить ошибок Михеила Саакашвили: тот, будучи президентом Грузии, попал в похожее положение во время конфликта в Абхазии. Она приводила данные «знающих людей», которые сообщили Тимошенко о плане Путина действовать в Крыму по «абхазскому сценарию». По её мнению, поскольку шансов на победу в таком конфликте у Украины не было, то нужно действовать политическими методами. Для этого «ни один танк не должен выйти из казармы, ни один солдат не должен поднять оружие», чтобы не спровоцировать Путина. Как видим – её позиция тогда оказалась доминирующей.

В итоге решение об объявлении военного положения в Крыму и войны РФ так и не было принято, а украинские военнослужащие, оставшиеся верными присяге, вынуждены были отступать оттуда на материковую Украину. В итоге, вопреки многочисленным радикальным заявлениям, закон об оккупации Крыма Россией был подписан президентом Петром Порошенко только 7 октября 2015 года – спустя полтора года после аннексии.

Как видим, ничего принципиально нового стенограмма нам не рассказывает. Практически все эти данные уже были неоднократно высказаны публично, обсуждены, и стали частью истории. Тем не менее, интерес представляет не только то, какие решения приняты, но и то – кто и в каких выражениях на заседании выступал. Это дает нам ответ на вопрос, почему этот документ рассекретили не год или полгода назад, а именно сейчас – в разгар политического кризиса?

Ответ – Юлия Тимошенко. Точнее – её крайне миролюбивая позиция и категорический отказ от введения военного положения в 2014 году. Это сильно контрастирует с последующими её агрессивными заявлениями, вплоть до призывов «сбросить атомную бомбу» на Донбасс, прозвучавшими в ходе предыдущей предвыборной кампании.

Этот шаг с опубликованием стенограммы наверняка был согласован Кабмином с руководством СНБО, и напрямую увязывается с событиями последних двух недель, когда коалиция оказалась на грани распада. Именно Юлия Тимошенко, чей рейтинг активно пошел вверх на критике власти, получила наибольшие дивиденды от раскола правящего объединения фракций. Её цель, несомненно – перевыборы, и надежды на формирование новой, подконтрольной ей коалиции, которая бы избрала Тимошенко вновь премьер-министром Украины. Для этого она и запустила реальный процесс распада «Европейской Украины», публично перейдя в оппозицию к правящему в Киеве режиму «олигархов и коррупционеров».

Другая мишень – ВО «Свобода». Эта политсила уже два года требует введения народного положения и обвиняет власть в «зраде», хотя, как видно из стенограммы, её представитель Махницкий, будучи тогда генеральным прокурором, это решение не поддержал. Да и выступал он тогда очень миролюбиво по отношению к Путину.

Осознавая все это, власть решила ответить своим оппонентам «той же монетой». Поскольку «Батькивщина» теперь в оппозиции, как и «Свобода», то и власть может их критиковать. Тем более, что двойственная позиция Юлии Тимошенко и свободовцев по многим вопросам делает их позиции уязвимыми, показывая избирателям как они ведут себя публично и во время закрытых переговоров.

Причем переход «Батькивщины» в оппозицию буквально «развязывает руки» Банковой и Кабмину, которые теперь могут активно использовать закрытую для общественности информацию. Раз уж Тимошенко обвиняет власть в «двойной игре» и манипуляциях, то почему власть не может сделать то же самое в адрес самой Тимошенко? Именно в этом ключе надо рассматривать и публикацию стенограммы, и призывы Юлии Владимировны «наказать» виновных в утечке секретных данных, и бурную реакцию её однопартийцев.

Как видим, это всего лишь один из этапов дальнейшей дезинтеграции коалиции проевропейских сил, пришедших к власти в результате Майдана. И чем ниже будут их личные и совокупные рейтинги, при дальнейшем ухудшении жизни рядовых украинцев – тем сильнее будут центробежные силы, тем больше будет взаимных обвинений, «черного пиара» и реального компромата в отечественных СМИ. Очевидно, что следующих ход за Юлией Владимировной, и, зная насколько изощренно может действовать ветеран украинской политики, можно ожидать чего-то экстраординарного. Возможно – подключение к уличным акциям нового «Майдана» или, даже, союз с тем же Саакашвили, который критикует уже не только Яценюка, но и президента, разъезжая по стране с «Антикоррупционным форумом».

Впрочем, это случится, только если политиков не смогут вновь помирить европейцы, прибывшие в Киев, чтобы лично поддержать Кабмин и Арсения Петровича, а также удержать всех членов полуразвалившейся коалиции продолжить свое тягостное для страны правление.