История одного из последних в Европе кланов промышленников, сохраняющих контроль за семейным бизнесом.

Не зря говорят: «кровь – не водица». Издавна люди опирались во всех своих делах на родственников – это подсказывают сами человеческие инстинкты. Да и сами современные народы, а значит и государства, так или иначе, возникли из семей. Сначала семья превращалась в общину, потом в племя («семья семей»), и, в конце концов, племена объединились в государства, где уже в период Новейшей истории сформировались политические нации.

Аналогичным образом происходит развитие семейного бизнеса. Всегда есть «прародитель клана» - основатель первой компании, ставшей в итоге, основой для семейного благосостояния. Иногда таких «прародителей» двое или трое – отец и сын, например, или братья. Как бы то ни было, но любая «классическая» семейная корпорация имеет свои преимущества и недостатки. Не будем вдаваться в подробности, но главным плюсом является ныне высмеиваемая концепция из «пацанских пабликов»: «брат за брата». Туда же: «сын за отца» и пр. В конце концов, семейная структура бизнеса наилучшим образом видна на примере мафиозных кланов (фильм «Крестный отец» смотрели все). Да, это наиболее грубая и жесткая форма такой «семейной» корпорации, но зато и наиболее близкая к истокам.

Если отойти от темы криминала, то семейная взаимопомощь на ранних этапах бизнеса является очень ценным активом, позволяющим снизить влияние таких негативных факторов как отсутствие стартового капитала или недостаток рабочих рук. И тут перед нами «встает в полный рост» главный минус семейных корпораций – короткая «скамейка запасных». Рано или поздно, возможно даже после смерти основателя, в компанию приглашают менеджеров со стороны. Это происходит в двух случаях: если все идет очень хорошо (компания расширяется и приходится кого-то привлекать со стороны) или если все идет очень плохо (приглашают кризис-менеджера для спасения компании). Но и в первом случае, и во втором компания перестает по сути быть семейной. На этом обожглись многие крупнейшие мировые корпорации, которые все еще носят имена своих основателей, но уже давно подконтрольны тем самым «менеджерам со стороны». И в связи с развитием сферы бизнеса в мире, а также с усложнением всех процессов, чисто семейный бизнес постепенно уходит в историю. Остались лишь редкие примеры относительно успешных корпораций, таких, например как у семьи Квандт.

Стефан Квандт, Джоанна Квандт, Сьюзанн Квандт Клаттен
Стефан Квандт, Джоанна Квандт, Сьюзанн Квандт Клаттен (Источник: http://www.mittelbayerische.de/)

Немецкие Квандты являются представителями довольно древнего голландского рода ремесленников и купцов. Строго говоря, в относительно небольшой Голландии на протяжении последних столетий все были заняты либо торговлей, либо морскими ремеслами – именно на этих двух «столпах» была основана голландская колониальная империя, состоящая из сотен факторий в Америке, Африке и Азии. Впрочем, третьим «столпом» была армия, которая проиграла в итоге конкурентную борьбу британцам. Но как бы то ни было, Квандты успели создать свое состояние именно на основе ткацкого ремесла: они делали канаты и другую продукцию для мощного флота своей страны. Ремесленная мастерская постепенно превратилась в фабрику, а за первой фабрикой появилась еще одна, и еще… Все было у семьи Квадт еще в XVIII веке, в конце которого они стали все активнее работать с рынком Германии.

Дело в том, что испанцы, британцы и французы по сути вытеснили голландцев из колоний. Это происходило медленно, но неотвратимо на протяжении последних десятилетий XVIII и весь XIX век. Постепенно Нидерланды лишись почти всех своих колоний, став почти исключительно торговой и аграрной страной с довольно посредственными возможностями на мировой арене. Для Квандтов, как и для других ремесленников работающих на нужды все сокращающегося флота, это было крайней неприятно. Чтобы не прогореть полностью, в конце XVIII века они продали свое имущество в Нидерландах и полностью переселились в пригороды Берлина. Там они построили такие же ткацкие фабрики, как и у себя на родине.

Постепенно Квандты обживались на новом месте, но коммерческий успех пришел далеко не сразу. Вдали от крупных портов, таких как амстердамский, им было трудно переориентироваться на «сухопутный» бизнес. На это потребовалась полная смена поколений и почти столетие. Тем не менее, у этого семейства талант к бизнесу в крови.

Трамплином для нового витка развития стала женитьба в 80-е годы XIX века Эмиля Квандта на дочери немецкого промышленника. Таким нехитрым способом Квандты получили в свою собственность довольно крупную текстильную фабрику в самом «сердце» Германии. Там же в 1881 году родился Гюнтер Квандт – будущий «мессия» этой семейной компании, превративший её в то, чем она является сегодня. Гюнтер уже в юности проявлял интерес к семейному бизнесу и начал работать в сфере текстиля довольно рано. Но в адрес его персоны наилучшим образом подходит афоризм: «молодой да ранний». Уже к концу столетия он увеличил число таких фабрик до 3-х. Произведя простые расчёты можно определить, что в 1900 году ему было всего 19 лет.

Начав свою бизнес-карьеру с достаточно резкого старта, ему пришлось вскоре несколько притормозить. Безусловно, его текстильный бизнес развивался довольно стабильно, но он увидел ограниченность этой сферы, и решил вложит средства в перспективные разработки из других отраслей. Для себя он выбрал сферу авиа и автомобилестроения. На тот момент оба этих направления были самыми передовыми и высокотехнологичными.

Джоанна Квандт
Джоанна Квандт (Источник: http://www.carmagazine.co.uk/)

В их же регионе Германии в то время как раз запустил свой проект местный инноватор и авиатор Карл Фридрих Рапп. Он создал фабрику по производству авиадвигателей для местной промышленности в 1916 году – в самый разгар Первой мировой войны – и не прогадал. Военная авиация активно развивалась как новый вид вооружений. Свою фирму он сначала назвал в честь себя самого – «Завод Раппа», а затем переименовал в Bayerische Flugzeug-Werke – «Баварские моторные заводы». Или просто – BMW. Затем он произвел слияние с другой аналогичной компанией. Они решили ставить свои двигатели на мотоциклы и автомобили, а не только на маломоторные самолеты, что стало для них, буквально, золотой жилой.

Впрочем, уже вскоре на BMW обратил внимание Гюнтер Квандт. В послевоенное время он постепенно начал скупать акции компании, пока не выкупил её полностью. Осознав перспективы своей новой отрасли, он практически свернул текстильное производство и сосредоточился на автомобилестроении. Даже самолетостроение оказалось задвинуто на периферию его интересов, хотя двигатели они завод выпускать продолжал. Почему так? Потому что Квандт предугадал тренд милитаризации в Германии. Дело в том, что развитие его автомобильно бизнеса совпало с приходом к власти нацистов. Подсуетившись, он организовал на своих заводах (да, он вложил едва ли не весь семейный капитал в расширение производства в Мюнхене и Айзенахе) производство автомобилей для армии и двигателей для военной техники (в том числе самолетов). Это дало столь резкий толчок в развитии компании, что она за считанные годы вошла в число крупнейших немецких концернов, а сам Гюнтер стал третьим по богатству человеком в Германии.

Одновременно с этим Квандты вошли в капитал компании АFА (ныне – Varta), производящей электрооборудование. Позднее они полностью взяли её под свой контроль. Впрочем, этот актив был далеко не таким прибыльным, как автомобильный.

Однако войну нацисты проиграли, а Квандты наравне с другими немецкими промышленниками остались практически не у дел: их заводы были разрушены либо отобраны Союзниками. На оставшихся в собственности и работоспособных предприятиях им запрещено было производить продукцию двойного и военного назначения – под категорию попали как авиадвигатели, так и автомобили. Тем не менее, США и другие капиталистические страны довольно быстро осознали свой просчет, и уже в начале 1950-х годов начали активно инвестировать в местную промышленность. Несмотря на то, что в 40-е BMW уже фактически перестал быть корпорацией, Гюнтер смог к средине десятилетия возродить наладить производство гражданских автомобилей и двигателей.

Квандт автомобилестроение
Квандт автомобилестроение (Источник: http://onicewallpapers.blogspot.com/)

Более того, он активно вкладывал свои заработанные средства во все, что только можно – так он стал владельцем или совладельцем более чем 200 фирм и компаний разного масштаба. При этом активно входил в капитал не только в других сферах, но и в бизнес своих прямых конкурентов. К 1954 году «бизнес-сеть» Квандтов накрыла уже почти всю Германию. Помогали Гюнтеру в этом его сыновья Герберт и Гаральд. Но уже престарелому Гюнтеру не суждено было увидеть настоящего рассвета его бизнес-империи – в том же 1954 году о скончался во время отдыха в Каире. Семейный бизнес возглавил Герберт, хотя все решения принимались акционерами коллегиально.

Поначалу дела у BMW – ключевом активе Квандтов – шли неважно. Герберт верный наследию отца продолжал настаивать на производстве моделей «люкс» класса, как это было до поражения в войне, однако это уже была другая страна и другие немцы. К концу 50-х корпорация оказалась в шаге от банкротства. Впрочем, Герберт решился на коренное изменение философии компании – ориентацию на самый низкий ценовой сегмент автомобильного рынка с сохранением высокого качества. При этом на руку им играл бренд BMW, который к тому времени уже стал синонимом роскоши и дороговизны. Покупатели «клюнули» на такое сочетание, что постепенно стало приносить доход. Это спасло BMW от неравноправного слияния с Mercedes-Benz.

Герберт получил расширенные полномочия, став, наконец, полноправным главой отцовской компании в 1959 году. С этого времени его называли не иначе как «спасителем» BMW. Симпатию к его персоне в Германии вызвало также то, что он с детства имел серьезную патологию глаз и к моменту утверждению на «престоле» бизнес-империи уже практически ослеп. Тем не менее, «слепой поводырь» вывел корпорацию из кризиса, сделав не только сильнее, но и гораздо богаче, вернув довоенное величие своему клану.

Он разработал довольно странную на первый взгляд стратегию. С одной стороны, BMW начал работать в бюджетом сегменте, выпуская там автомобили и мотоциклы. Одновременно с этим Герберт решил продавать автомобили класса «люкс» по сильно завышенным ценам – с наценкой «за бренд». В то время это было удивительным и непонятным на рынке. Однако то, что цена «кусалась» сделало каждый автомобиль уникальным и действительно популярным среди богачей – BMW вновь вернуло себе имя «роскошной марки». Но теперь этот имидж был не только в Германии, но и во всем мире. Так, к средине 1960-х промышленная группа Quandt увеличила свой оборот до 2,5 млрд марок. Он активно «рулил» компанией несмотря на проблемы со зрением до 1982 года, когда скончался от инсульта во время визита к одному из сыновей. А наследников у него, надо сказать, оказалось немало: жена, дочь от первого брака и трое детей от второго. Это не учитывая многочисленных племянников и более дальних родственников. Все это постепенно размывало долю каждого отдельного члена семьи в общем бизнесе.

Смерть Герберта, несомненно, стала сенсацией в свое время, однако совсем по другой причине – в своем завещании он разделил огромное наследство между всеми. Дочь от первого брака Сильвия («Зильвия» на немецкий манер) получила состояние вне бизнеса. Трое детей от второго – Соня (Зоня), Сабина (Забина) и Свен стали владельцами контрольного пакета акций компании Varta. Но кому же достался автомобильный бизнес? Его унаследовала жена Йоханна. В чем тут скандал и сенсация? В том, что до свадьбы она была секретаршей Герберта, сопровождая его во всех делах.

Стефан Квандт автомобилестроение
Стефан Квандт автомобилестроение (Источник: http://www.pressebox.de/)

Тем не менее, правление Йоханны семейным бизнесом принесло скорее пользу, чем вреди – корпорация развивалась, генерируя все больше дохода и выходя на все новы рынки. Безусловно, она не столько правила, сколько «царствовала», однако в подборе менеджеров её упрекнуть нельзя. В период с 1982 по 2015 год компания развивалась более-менее равномерно, хотя и с серьезным спадом, связанным с кризисом 2008-2009 годов, а также в последнее время. Однако, несмотря на проблемы со спросом и производством, ориентация на «люксовый» сегмент сделала свое – дело как бы плохи ни были дела в мире, богатые люди найдутся всегда. И они всегда будут готовы заплатить за действительно роскошный автомобиль с всемирно известным брендом.

Но никто не может жить вечно – Йоханна умерла в 2015 году. Еще с 1997 года в совете директоров вместе с матерью заседали Штефан Квандт и Зузана Квандт-Клаттен. Ему принадлежит 17% акций BMW и холдинг Delton, а ей – 13% и фармацевтическая и химическая корпорация Altana. Вместе они правят семейным состоянием и поныне, хотя обилие родственников, у каждого из которых есть свой немалый бизнес, говорит о том, что семейное древо так разрослось, что готово рассыпаться на абсолютно независимые предприятия. Это хорошо видно на примере того же концерна BMW, где 53% акций были переданы в рамках IPO на биржу. Остальные акции пока в семье, но единого мажоритарного владельца там теперь нет и на развитие корпорации гораздо больше влияния оказывают председатель компании Норберт Райтхофер и главный дизайнер Карим Хабиб.

Тем не менее, клан Квандтов продолжает оставаться в зените финансового успеха, хотя отбиваться от назойливых предложений от конкурентов о продаже BMW становится все сложнее. И это тем труднее, чем хуже будет экономическая ситуация в мире. Однако Штефан и Зузана продолжают жить безбедно: его состояние оценивают более чем в 12 миллиардов долларов, а её – в 18 миллиардов долларов. Также она является одной из самых богатых в мире женщин, стабильно занимая места первой пятерке «женского» рейтинга Форбс на протяжении двух последних десятилетий. Семейство Квандт живо и сдавать свои позиции не собирается, как и BMW, чьи активы по итогам 2015 года оценили в 187 миллиардов долларов.