В начале марта 2016 года в ходе очередного раунда инвестирования сеть коворкингов WeWork получила 430 млн. $ от пекинских частных компаний Hony Capital Ltd. и Legend Holdings, став одним из самых дорогих стартапов мира.

Стоимость WeWork составляет 16 млрд. $ вместо 10 млрд. $, которыми компанию оценивали прошлым летом.

Теперь сеть публичных офисов намеревается выйти на рынки Южной Кореи, Индии, Китая.

Компания основана в 2010 году в Нью-Йорке Адамом Ньюманном и Мигелем Маккелви.

Для сравнения, капитализация компании, придерживающейся подобной схемы работы и основанной в 1989 г., Regus Plc., составляет только 4 млрд. $.

WeWork арендует помещение, обычно один-два этажа, ремонтирует в соответствии с дизайнерским проектом, оборудует высокоскоростным интернетом, разбивает на секции, кухню, комнату для конференций, после чего сдает предпринимателям.

Идея зарабатывать на сдаче в аренду разделенного офисного пространства посетила Адама в январе 2008 года, как сообщает Forbes. Тогда Ньюманн по объявлению Craiglist нашел человека, который хотел снять угол в офисе для уменьшения текущих расходов.

Неделей спустя арендодатель Ньюманна, Джошуа Гаттман, показал Адаму пустой дом, который купил недавно. Он хотел просить 1 $ за каждый квадратный фут 5 000-футового пола. «У меня есть идея лучше, — сказал Ньюманн. — Позвольте мне взять один этаж. Я разделю его на 15 офисов, требуя 1 000 $ за каждый. Мы заработаем 15 000 $ на этом этаже, вы можете взять 7 500 $, 2 500 $ мы заплатим секретарю, и я возьму ту прибыль, которая останется».

Маккелви и Ньюманн познакомились задолго до встречи Ньюманна с Гаттманом. Мигель, выпускник Орегонского университета, изучавший архитектуру, работал дизайном магазина детской одежды Egg Baby, основанного Адамом, израильтянином, приехавшим в США после армейской службы.

В день судьбоносной встречи со своим арендодателем после обеда Адам поделился идеей с Маккелви, который уже к следующему утру придумал название и логотип стартапа. Место должно было называться «GreenDesk», быть оформленным в экологическом стиле, и здесь должны пить кофе, решил Маккелви. Домовладелец вскоре согласился на предложение Адама, сказав, что можно сэкономить еще больше, если повторить такую модель на каждом этаже.

Маккелви на выходных загружал в свой автомобиль доски для столов, столы двое стартаперов сколачивали самостоятельно, как в 2008 году экономика рухнула. «Я не злюсь на вас, — сказал тогда Гаттман, — но это дело вряд ли получится. При падении экономики люди не снимают».

Но случилось наоборот: подачи объявлений в Craiglist и включения сарафанного радио, арендаторы стали звонить. Но в офисах GreenDesk не было открытых общих пространств, как и комнат для программирования, которые, по мнению основателей, понравилась бы клиентам. GreenDesk не была тем, чего хотели ее учредители через год после старта работы. «У нас было стремление стать мировым брендом», — говорит Ньюманн. GreenDesk продали Гаттману за 3 млн. $, из которых 300 тыс. $ выплатили наличными сразу, а на остальные Ньюманн и Маккелви жили следующие 2 года. Гаттман сохранил бизнес-модель, перенеся ее на другие 7 офисов, которыми он управляет сегодня. Единовременную выплату в виде депозита оставили на оборудование нового места в SoHo. Позже Адам отправил своим израильским друзьям билеты на самолет, чтобы они, прибыв в США, 2 недели потратили на ремонт нового офиса.

Один из ранних инвесторов компании, Джек Шреибер, определил второе место, возле Эмпайр-стейт-билдинг, но помещение принадлежало трем братьям из Персии, а на его оборудование требовалось около 1 млн. $. Такой суммы у WeWork не было. Однако Шреибер сказал, что братьев можно уговорить.

«Мы сидели в гостиной WeWork на SoHo, — говорит Ньюманн. — Израильтяне и иранцы говорили часами, выпив полбутылки виски». Один из братьев ушел с подписанным контрактом и затуманенной головой. Через 29 дней первый этаж для нового коворкинга был готов. В 2012 году WeWork заметил венчурный фонд Benchmark, но с недвижимостью фонд прежде не работал. Посмотреть на публичные офисы в Нью-Йорк приехал соучредитель фонда Брюс Данливи. «Это во многом напоминало мне eBay, когда я встретил их в 1997 году. В обоих происходило что-то, на что нельзя указать пальцем».

«90-е и 2000-е были десятилетием «Я». IPhone, IPad — это все обо мне, — говорит Адам. — Посмотрите, к чему это привело. К ужасной рецессии. Следующее десятилетие, это десятилетие «Мы», когда сотрудничество — это будущее инноваций. Это поколение видело крах больших компаний. Они видели свержения режимов на страницах Facebook. Если вы присмотритесь внимательнее, мы уже в революции».

Первое помещение WeWork оборудовали в то время, когда бизнес восстанавливался после экономического кризиса, предложив альтернативу работе дома молодым фрилансерам, стартап-предпринимателям, небольшим компаниям, вдохнув жизнь в однообразное офисное пространство. За два года при поддержке Benchmark Ньюманн открыл еще три офиса в Нью-Йорке, с месячной платой 550 $ за одно место на Гранд Стрит, 450 $ на Пятой Авеню и 550 $ в Митпэкинге.

«Мы оба были увлечены недвижимостью, — говорит Ньюманн. — Во время экономического кризиса там были эти пустующие здания, и эти люди были фрилансерами или основывали компании. Я знал, там был способ согласовать их действия».

В Нью-Йорке Ньюманн переносил центральный офис из одного коворкинга в другой, чтобы понимать особенности каждого из них. Адам сумел создать не только рабочие места, но и атмосферу для молодых предпринимателей, позволяющую им подпитывать один другого новыми идеями. Дизайн каждого офиса WeWork уникален, каждую неделю в них проходят вечеринки, во время которых можно найти новых сотрудников или соучредителей будущего проекта, кроме того, компания приглашает на встречи с участниками сети коворкингов и собственных партнеров.

«Вы развиваете бизнес, мы делаем все остальное», — говорят на сайте компании.

В офисах действует сеть для обмена данными WeConnect, в которой каждый участник создает бизнес-профиль, находит клиентов, бартером обменивается с другими участниками сети, например, копирайтер 2 часа пишет текст, получая за это работу графического дизайнера, выполненную за то же время. За дополнительную плату менеджер на любой стол поставит телефон с безлимитной связью.

Маккелви, разрабатывая дизайн офисов, работал над тем, чтобы не только каждое место было особенным, но и каждый этаж. Он стремился уйти от концепции кабинетов, препятствующей той атмосфере воодушевленной работы и взаимопомощи, которую стремился создать. Решением стало стекло с каркасом из черного анодированного алюминия, не скрывающее пространства, но которое обеспечивает достаточный комфорт и для самостоятельной работы, требующей отсечения посторонних шумов. Кроме того, такая система дешева и проста в установке.

«Что удивило меня, — говорит Маккелви, — то, что это стало саморегулируемым. Болваны оказались категорией, которую выгнали естественно. Если кто-то не убирает, кто-то другой может любезно попросить его».

Оба основателя самостоятельно работали над комфортом помещений, так они в одном офисе они сделали мягкую комнату для медитаций и отдыха, поставили бочонок пива рядом с бильярдным столом.

«Через 20 лет люди будут хотеть работать в этих местах, но мы хотим использовать дизайн, чтобы изучить, как сделать эти места лучше», — говорит Маккелви.

Ньюманн и Маккелви продолжают учиться на каждом новом здании, не опасаясь перерасти тот критический размер, когда поддерживать необходимый уровень сервиса и управления становится трудно. Офисы компании расположены в 65 точках, в основном, городах США, однако есть офисы в Европе и Израиле. Руководители сети говорят о планах иметь 1 млн. участников вместо 50 000, которых WeWork обслуживает сегодня.